Его Имя Любовь

Мой дедушка был муллой и часто говорил, что все в на­шей жизни зависит от Аллаха и от того, какими мы сами будем в жизни. Он часто повторял это при­хо­дящим к нему за советом и помощью людям. Но слушая его, я всегда думала, что это не для меня. У меня другая жизнь, в ней нет таких проблем, как у этих людей, потому что я живу очень честно и порядочно. Мне эти наставления не пригодятся.

Я родилась на Памире, в интелегентной семье. С детства нам го­во­рили о Боге и приучали во всем поступать правильно. Мы должны были быть при­мерными детьми, прекрасными учениками, а став взрослыми, полу­чить хорошее образование и занять подо­бающее нам место в обществе.

Все так и шло по плану родителей. После окончания школы я по­ехала в Душанбе поступать в университет.

Планы нарушила война. После третьего курса мне пришлось вернуть­ся домой и только через два года я восстановилась на учебу.

Жить и учиться в Душанбе было очень трудно и опасно, особен­но для девушек. Много приходилось терпеть оскорблений из-за того, что я с Памира, что мой народ участвует в войне. Но особенно тяжело было из-за материальных проблем. Родители были далеко, связь с ними поддер­живать удавалось с трудом, и конечно же, они не могли достаточно помогать мне в моих нуждах.

Мой дядя, увидев как мне трудно, предложил устроить меня на работу учителем таджикского языка. Я была еще очень неопыт­на, всего боялась и долго не решалась принять его предложение. Но надо было как-то при­спосабливаться к жизни, где-то зарабаты­вать на жизнь, и в конце концов я согласилась.

Наступил мой первый рабочий день. Я думала, что зайду в класс и уви­жу парты и учеников, но меня привели в простой домик на окраине города, ввели в комнату, застланную курпачами, на которых сидели или лежали какие-то люди. Это и были мои ученики.

Удивительные это были люди. Веселые, улыбчивые, добрые друг ко другу. Со временем я заметила, что было в них нечто для меня странное: вы­полняя домашнее задание они всегда использо­вали религиозные слова, часто цитировали Библию. Позже дядя объяснил, что люди эти – последователи Исы.

Прилежными учениками они были не все, но, несомненно, все были очень добрыми людьми, озабоченны­ми “спасением людей”.

Вскоре они пригласили меня на свое богослуже­ние. Чтобы не обижать их, я согласилась пойти, но было мне там неинтересно, я хотела спать и с трудом боролась с дремотой. Только когда они начали петь, я оживилась и с удовольствием слушала красивые мелодии, не вдумываясь в слова.

Я стала приходить на их служения каждое воскресенье. Каза­лось, у меня не было же­ла­ния идти, но я снова и снова шла: что-то тянуло меня. Такое было чувство: как-будто ноги сами шли.

Однажды летом там появились гости из Ирана. Один из них, в прош­лом известный мусульманский теолог, рассказывал, как изучая Коран и сравнивая его с Библией, он пришел к выводу, что единственный путь к Богу – через Ису, и что Бог прощает грехи человека исключительно ради жертвенной смерти Исы.

Я была поражена: иранец, образованный в Исламе человек, при­нял Ису в сердце и стал Его последователем! Как он мог!?

А этот человек и другие, те что приехали вместе с ним, снова и снова призывали всех покаяться перед Богом и пригласить Ису в сердце.

Мне нравилось все то, что говорили эти люди, но я не понимала в чем я должна была покаяться. Я не грешила, как прочие люди, поэтому мне не нужна жертва Исы и нет смысла приглашать Его в свое сердце.

– Тебе понравилась лекция? – спросил знакомый парень, последователь Исы, таджик по национальности.

– Да, очень было интересно. Мне даже кажется, что христиан­ство для меня по своей сути гораздо ближе, чем мусульманство.

– А не хотела бы ты сама пригласить Ису в сердце?

– Нет, ни за что на свете, – скороговоркой ответила я.

– Почему?

– Мне это не нужно. У меня другая жизнь, другие цели. Это ко мне не относится.

– А ты не будешь возражать, если мы за тебя помолимся? – предложили мне иранцы.