|
Сдетских лет меня привлекало и, в то же время, пугало все, связазанное с религией и Аллахом.
Я внимательно прислушивался к разговорам взрослых, особенно, стариков, когда они говорили о
духах умерших, о кознях шайтана и хитрости Аллаха. Я мало что понимал из этого и мечтал о
времени, когда кто-то мне все расскажет и объяснит.
Воспитание в школе, как и все в нашей стране, я получил атеистическое. Потихоньку, детскую
веру в Аллаха, живого Творца Вселенной, вытеснило жалкое понятие о каких-то слепых силах
природы и обезьяньих предках.
Но вопреки всему воспитанию в душе росла и росла инстинктивная тоска по Богу и общению с Ним.
Тайком я нашел и стал читать Коран на русском языке на узбекском его тогда еще не было, а
арабский я не знал. Я стал заучивать молитвы на арабском языке, старался исполнять все
предписания Ислама, одним из первых после перестройки совершил хадж. Каждый день я просил у
Аллаха благословений на день и старался жить правильной жизнью. Но видел, что несмотря на все
мои желания, я делал очень много плохого: лгал, ругался, воровал умышленно или невольно, оскорблял
людей. И чем больше старался, тем хуже у меня получалось.
У меня никогда не было покоя в сердце, постоянно угнетала мысль, что я делаю что-то не так,
все мои усилия напрасны и я никогда не угожу Богу, не получу доступа в рай. Иногда в глубокой
тоске я смотрел на небо и безмолвно вопрошал Того, Кто создал меня и был бесконечно далеко от
меня:
О, Аллах, неужели я рожден на погибель? Я никогда не смогу сделать столько добрых дел, чтобы
они перевесили мои плохие дела!
Незаметно пришло разочарование в религии. Она не могла мне помочь заполнить пустоту в сердце и
сделать меня счастливым. Я перестал исполнять обряды, но еще продолжал читать Коран.
Однажды кто-то в случайном разговоре обмолвился, что держал в руках Инжил на узбекском языке.
Меня это заинтересовало. Об Инжиле много говорилось в Коране; это была святая книга. Более того,
я знал, что появился он намного раньше Корана.
Я решил во что бы то ни стало разыскать эту книгу и прочесть ее.
Никто в нашем кишлаке и в соседнем городе об Инжиле ничего не знал. Я не нашел его ни в
магазинах, ни у торговцев книгами, ни в мечети.
Однажды ночью, когда я без сна ворочался на постели, в моей голове прозвучала ясная мысль:
Поезжай в Ташкент. Если эта книга была напечатана где-то, то ты сможешь ее найти именно в
этом городе.
На следующий же день я на поезде отправился в столицу. Знакомых или родных у меня в Ташкенте
нет, остановиться на ночь было не у кого, где начинать поиски книги я не знал. Но почему то все
это меня и не беспокоило.
Ранним летним утром я шел по улицам Ташкента. Все магазины еще были закрыты. Спешить мне было
некуда и я, доехав до сквера на автобусе, решил спуститься в метро и поездить немного по
подземному городу.
В толпе спешащих на работу людей я шел по подземному переходу, как вдруг за поворотом увидел
столы с книгами, и среди разных цветных обложек зеленую толстую книгу с золотым тиснением:
Инжил. Я не верил своим глазам. Неужели это та именно книга, ради которой я проделал такой
длинный путь!?
Через несколько минут я уже стал ее обладателем и раздумывал, где можно было бы пристроиться
на день, спокойно отдохнуть и почитать. Рядом был городской парк и я решил отправиться туда.
С непонятным трепетом я открыл первую страницу. Через несколько минут я уже ничего не замечал
вокруг себя. Эта книга захватила меня полностью. Я читал ее и читал, не в силах оторваться.
Порой я читал ее подряд, потом по какому-то наитию пропускал несколько страниц и опять вчитывался
в текст. У меня не было ощущения, что я читаю. Мне казалось, кто-то сидит рядом со мной и
рассказывает историю Исы Масиха.
Я прочел о том, что все люди на земле грешники, и что за свои грехи они должны были
погибнуть. Но Бог так любит Свое творение, что послал Ису Масиха умереть на кресте за грехи
всего мира. Что всякий верующий в Ису никогда не погибнет, но уже теперь грехи его прощены и
он имеет вечную жизнь. Что нет иного пути к Богу, как только через жертву Исы и только Он, Иса
Масих, святой и праведный, может дать прощение грехов человека, успокоить его, помочь ему
прожить жизнь, угодную Богу.
|